Карлос Кастанеда об индейцах

Карлос Кастанеда об индейцахПосле публикации первой кни­ги Карлоса Кастанеды «Учение дона Хуана: путь знания индей­цев яки» в 1968 году газета New York Times восторженно заявила, что важность ра­боты американского антрополога труд­но переоценить. Ведь он сумел описать древнюю традицию передачи знания, которая существовала еще тогда, когда интеллект не был орудием постижения реальности. Заслугой писателя в первую очередь сочли умение делать потрясаю­щие акценты на восприятии необычай­ных миров и загадочных сил, не всегда, кстати, дружелюбных в отношении того, кто пытается их постичь. И, разумеется, достоинство трудов Кастанеды состояло в том, что они написаны на достаточно понятном для западного человека языке.

Ему просто повезло, а возможно, он каким-то невероятным чутьем угадал время публикации своей книги. Поко­ление, уставшее от конфликтов, револю­ций и бунтов, от социального утопизма восприняло содержание книг Кастанеды как возможность попасть в альтернатив­ную, лучшую реальность, следуя путем учения дона Хуана. И Кастанеда повел своих читателей, которых с каждой но­вой книгой становилось все больше и больше, к целостному восприятию мира и новому пониманию предназначения человека. Переселяя из прошлого в на­стоящее древнюю магическую практи­ку, он очистил ее от догматов жесткой борьбы добра со злом и дал понять, что мир гораздо больше, чем мы его обыч­но воспринимаем, а наши естественные ожидания относительно реальности соз­даются общественной договоренностью. Мы выучиваемся видеть и понимать мир так, как нас убеждают это делать, а ин­терпретации, с которыми мы соглаша­емся, определяют его пределы.

Хотя эта идея не нова для ан­тропологии, именно Кастанеда сумел довести ее до крайности, убедительно показав, что суще­ствуют совершенно иные миры, такие же реальные, как наш, и что их можно постичь, используя более обостренное восприятие и глубокое осознание.

По словам Кастанеды, он позна­комился со своим учителем во время одной из поездок в Мексику, куда от­правился, чтобы собрать материалы для курсовой работы по этноботани­ке. «Меньше всего меня интересовала возможность встретиться с загадочной личностью вроде дона Хуана», — писал Кастанеда. Однако встреча с ним из­менила его жизнь навсегда. В течение нескольких месяцев Карлос навещал дона Хуана в качестве антро­полога, не предполагая еще, что станет его учеником. Поводом для этого был сбор информации, не­обходимой для учебы в Калифорнийском уни­верситете. Но и позднее он продолжил общение с доном Хуаном, причем под достаточно туманным предлогом – необходимостью собирать материал для написания диссертации.

В соответствии с учением дона Хуана человек может достичь состояния без­упречности, но только если избавится от чувства собственной важности, которое пожирает большую часть его энергии.

Таинственный индеец с самого на­чала предстал перед начинающим ан­тропологом как уникальный человек. Он не принадлежал никакому племен­ному сообществу, а его главной целью была исключительно личная транс­формация, что полностью противо­речило традиционным представлени­ям о шамане, который прежде всего должен заботиться о благополучии и безопасности сородичей.

В мире дона Хуана важ­нейшая роль принадлежала специфическим растени­ям и той силе, которую они давали, — она ис­пользовалась как «про­водник духа», рас­крывающий истинную суть вещей. Один из сакральных аспектов ма­гии мексиканских индей­цев именно в том и состоит, что растения (и заключенная в них сила) дают людям знание имен­но тогда, когда это становится не­обходимым. Но без прагматично настроенного учителя и внутренней дисциплины подобные опыты просто опасны, так как могут завести в ловушку собственных допущений.

Сумев направить внимание потен­циального адепта на прикладное при­менение знания о растениях, дон Хуан вовлек молодого антрополога в магиче­ские аспекты собственного мировоззре­ния. Оно оказалось невероятно широ­ким и многогранным. Помимо прочего, индеец постоянно шел на уловки и хит­рости, чтобы убедить ученика в том, что он не только обладает невероятной силой, но и в состоянии управлять ею. Постепенно Кастанеда стал осознавать, что силой и знанием овладеть можно, но для этого необходимо избавиться от чрезмерной рациональности, кото­рая является помехой для восприятия глубинных тайн мира. И, хотя все чело­веческие существа обладают скрытыми сверх способностями, для того чтобы обнаружить в себе мага и почувствовать себя частью тайны, необходимо на­учиться отпускать свой разум, превра­тив его в безмолвного наблюдателя.

Рациональность мышления Ка­станеды под воздействием дона Хуана постепенно уступала ме­сто всесторонней внимательно­сти к миру. В нем пробудился ин­терес к необычным явлениям и собственным реакциям на про­исходящее.

«В то время, когда я встретился с но­вым взглядом на мир, я имел очень мало личной силы, моя жизнь была крайне беспорядочной. Внешне я был агрессивен и задирист, но внутренне нерешителен и неуверен в себе», — вспоминал Кастанеда. «Мой внутренний диалог редко останавливался, и только дон Хуан смог «повернуть мои глаза наружу». Он научил Карлоса видеть великолепие мира и распоряжаться личной силой. Помимо абсолютно нового восприятия реальности, что на первых порах приводило Карлоса в ужас, было и нечто другое, а именно проделки дона Хуана и его друзей. Много раз Кастанеда, пытаясь спасти разваливающуюся на глазах картину мира, просто сбегал от дона Хуана, чтобы передохнуть и на привале саморефлексии, через осколки которых уже проступал свет истинной реальности. Да, его подвергали жестким испытаниям, бессовестно разыгрывали и подрывали сложившиеся моральные устои. Но пошло ли все это ему во вред? Сбегая в ужасе, он всякий раз возвращался, потому что его тело чувствовало силу, а мысль становилась свободнее – застоявшиеся образы мира рушились один за другим.

Загадки его жизни

Доподлинно неизвестно, когда и где родился Карлос Кастанеда. По одной из версий, он появился на свет 25 декабря 1926 г. в небольшом пе­руанском городке Кахамарка Подру­гой — это произошло также в Рожде­ство, но в 1935 г. в Бразилии, в городе Сан-Паулу. А по третьей – в 1931 году в одном из городов Бразилии.

Нагваль (человек, наделенный необычайными силами), каковым считал себя и Кастанеда, должен ру­ководствоваться таким принципом: ни при каких обстоятельствах ни человек,

ни мир не могут считаться чем-то доказанным и определен­ным. Поэтому Кастанеда на про­тяжении своей жизни не давал ин­тервью и не разрешал снимать себя на фото- и видеокамеру.

Кастанеда открыл новое знание только для европейцев и северо­американцев. На самом деле в на­стоящее время в Центральной и не­которых штатах Северной Америки насчитывается около 250 тыс. ин­дейцев, являющихся адептами куль­та божественного растения пейотля.

Он утверждал, что в 1960-х годах на­писал еще одну книгу – «Трещина между мирами», но рукопись слу­чайно забыл в кинотеатре.

Последняя же книга Кастанеды «Колесо Времени: шаманы древней Мексики, их представление по пово­ду жизни, смерти и вселенной» вышла уже после смерти автора, в 1998 году.

О том, что он умер, мир узнал только 18 июня 1998 года, почти через 50 дней после его смерти. Так хотел он сам… Прах, по его завещанию, от­правили в Мексику.

И еще одна странность: летописец первой испанской экспедиции, иссле­довавшей в 1540 г. ту самую террито­рию, где жили загадочные индейцы Яка, носил фамилию… Кастанеда.