Исчезнувшая Атлантида (часть вторая)

Продолжение, начало здесь.

Исчезнувшая Атлантида (продолжение)Наряду с географическими названиями в платоновских диалогах имеется и описание местоположения Атлантиды, но оно до­вольно запутанное, и, как мо­жет убедиться читатель, ни к одной из популярных версий не подходит идеально, а с не­которыми натяжками подходит слишком ко многим. Так, если предположить, что Геракловы столпы — Гибралтарский пролив, то «море по эту сторону упомянутого пролива», которое «является всего лишь заливом с узким проходом в него», — это Средиземное море, а «море по ту сторону пролива», которое «есть море в собственном смыс­ле слова», — Атлантический океан. В этом случае странно выглядит упоминание о материке, со всех сто­рон охватывающего это «море в собственном смысле слова», о котором к тому же упоминают как о чем-то само собой разумеющемся. Даже если допустить, что греки времен Солона или Платона имели какие-то сведения об Америке, вряд ли эти знания были широко распростра­нены. Согласно традиционным античным пред­ставлениям Океан опоясывает землю со всех сторон.

Если отождествлять Геракловы столпы с Босфором или Дарданеллами, то «море в собственном смысле слова» — это Черное море. Оно больше похоже на платоновское тем, что со всех сторон окружено материком, но гораздо меньше Средиземного, и тогда непонятно, по­чему последнее называют заливом. Впрочем, допущение, что кто-то из пересказывавших эту историю имел неправильное представление о размерах Понта Эвксинского менее фантастич­но, чем версия о мосте из островов, пересекаю­щем Атлантику.

Возможно также, что в текст закралась грам­матическая ошибка, вследствие которой он был не вполне верно понят, и Черное море подразу­мевается под «заливом», а Средиземное — под «морем в собственном смысле слова».

Наконец, Геракловы столпы Платона можно поместить где-то на южной оконечности Апен­нинского либо Балканского полуострова. Если в древности между этими полуостровами и афри­канским побережьем существовало несколько островов, восточная часть Средиземного моря вполне могла восприниматься как отдельное море или залив. Такая картина в общих чертах соответствует нарисованной в «Тимее», но поиск подходящего места можно и продолжить.

Из всего вышесказанного следует, что сколько-нибудь точной информации о местонахождении Атлантиды мы не имеем, а имеем лишь простор для предположений.

Так обстоит дело с местом действия, ничуть не лучше мы осведомлены о его времени. Прав­да, в диалогах указана дата гибели легендарной державы — 9 тыс. лет назад (с момента беседы Солона со жрецами Нейт), но тут же приводится деталь, этой дате противоречащая. Служитель богини рассказывает греческому мудрецу о войне атлантов с афинянами:

«И вот вся эта спло­ченная мощь была брошена на то, чтобы одним ударом ввергнуть в рабство и ваши и наши зем­ли и все вообще страны по эту сторону про­лива. Именно тогда, Солон, государство ваше явило всему миру блистательное доказательство своей доблести и силы: всех превосходя твердостью духа и опытностью в военном деле, оно сначала встало во главе эллинов, но из-за измены союзников оказалось предостав­ленным самому себе, в одиночестве встрети­лось с крайними опасностями и все же одолело завоевателей и воздвигло победные трофеи. Тех, кто еще не был порабощен, оно спасло от угрозы рабства: всех же остальных, сколько ни обитало нас по эту сторону Геракловых стол­пов, оно великодушно сделало свободными».

Согласно археологическим данным, город Афины возник никак не раньше II тыс. до н. э., попытки соорудить первые ирригационные сооружения в долине Нила относятся к V тыс. до н. э. Приходится признать, что либо описан­ная греческим философом война — вымысел, либо дата названа неверно. Разумеется, есть и другой путь, по которому чаще всего идут не слишком взыскательные любители всего таин­ственного: считать дату, указанную Платоном, бесспорной истиной и объявить, что поколения археологов ошибались, оценивая возраст древ­них цивилизаций.

Никто не спорит, что наши знания по древ­ней истории весьма фрагментарны, известен ряд случаев, когда новые археологические от­крытия буквально переворачивали с ног на голову устоявшиеся научные представления. Но одна единственная дата в одном единствен­ном произведении едва ли может перевесить результаты многочисленных научных иссле­дований, которые утверждают, что 11 тысяч лет назад на Земле еще не было государств и человек только-только начал осваивать земле­делие и скотоводство, предки Солона еще не пришли на Балканский полуостров, а долина Нила была малопригодна для жизни человека. Проще предположить, что дата ошибочна. Это более чем вероятно, если вспомнить, каким образом дошла до нас легенда об Атлантиде. В диалогах Платона — это рассказ персонажа, передающего историю, которую он слышал де­сятилетним мальчиком от своего деда. Дед из­лагает семейное преда­ние, в основу которого положен рассказ Солона двухсотлетней давно­сти. Солон передает то, что слышал от жреца богини Нейт, с которым он, не зная египетского языка, общался через переводчика. Жрец рас­сказывает предание глу­бокой древности, причем его первоисточник нам абсолютно неизвестен. Очевидно, что при таком «испорченном телефоне» история может не про­сто содержать ошибки и неточности — она не может их не содержать, и лишь те ее детали, что находят подтверждение в других источниках, достойны доверия.

Тем не менее эти подтверждения необхо­димо искать, потому что известно немало примеров, когда историкам пришлось горько рас­каяться в своем пренебрежении к народным преданиям. Сомнительно, чтобы история войны афинян и атлантов возникла на пустом месте. Вряд ли является чистым вымыслом и драма­тический рассказ о ее окончании: «Но позднее, когда пришел срок для невиданных землетря­сений и наводнений, за одни ужасные сутки вся ваша воинская сила была поглощена разверзнувшейся землей; равным образом и Ат­лантида исчезла, погрузившись в пучину. После этого море в тех местах стало вплоть до сего дня несудоходным и недоступным по причине обмеления, вызванного огромным количеством ила, который оставил после себя осевший остров». Кстати, упоминание о сохра­нившейся до времен Солона несудоходности моря — лишний аргумент в пользу того, что ка­тастрофа произошла не столь уж давно, а так­же важная примета для тех, кто захочет найти место, где погрузилась в пучину таинственная земля. Если две с половиной тысячи лет назад остатки затонувшего острова мешали прохо­дить кораблям, то геологи и сегодня способны обнаружить его следы, так что геологические исследования морского дна всегда были важ­ной составной частью атлантологии.